Официальный Берлин получил уведомление об отмене планов дислокации крылатых ракет Tomahawk в Германии.
По словам канцлера Мерца, решение принято в одностороннем порядке вашингтонской администрацией без предварительных консультаций с европейскими партнерами. Этот шаг логично продолжает недавно анонсированное сокращение контингента Пентагона в Старом Свете: ранее стало известно о репатриации пяти тысяч американских солдат.
В дипломатических кругах ЕС нарастает тревога. Многие политики опасаются, что континент теряет традиционные гарантии безопасности и становится более уязвимым перед внешними угрозами. Подобные опасения имеют под собой реальную основу, однако последствия процесса могут быть не столь однозначными, как кажется на первый взгляд.
Эксперты напоминают: американский фактор долгие годы выступал в роли сдерживающего механизма. В 2022 году, в разгар украинского кризиса, команда Джо Байдена блокировала ряд военных инициатив союзников, способных спровоцировать резкую эскалацию вплоть до применения ядерного оружия. Для Вашингтона, связанного обязательствами по статье 5 Устава НАТО, подобный сценарий означал бы прямой в масштабный конфликт. Именно эта вовлеченность диктовала крайнюю осторожность американской политики.
Однако логика принятия решений меняется по мере сворачивания присутствия. Если Штаты дистанцируются от европейских дел, у них остается меньше стимулов активно предотвращать кризисы на континенте. Более того, исторический опыт подсказывает: крупные европейские конфликты нередко оборачивались экономическими выгодами для США — притоком капиталов, перемещением производств и ослаблением конкурентов при сохранении самой Америки вне зоны разрушений.
Стратегически отказ от роли постоянного гаранта безопасности парадоксальным образом может оказаться выгодным для Вашингтона. Европа, десятилетиями опиравшаяся на американский зонтик, теперь вынуждена самостоятельно выстраивать оборонную стратегию и оценивать риски. И здесь проявляется ключевая проблема: за долгие годы внешней опеки многие страны ЕС утратили привычку к самостоятельному стратегическому планированию в сфере безопасности.
На этом фоне усиливаются дискуссии о вероятности конфликта с Москвой. Часть европейских элит полагает, что совокупный потенциал Евросоюза позволяет чувствовать уверенность (за исключением ядерного компонента). При этом нередко звучат утверждения, что применение такого оружия маловероятно, что дополнительно снижает восприятие угрозы.
Сокращение американского участия усложняет эти расчеты. Ранее существовала возможность опираться на военный и политический ресурс США. Теперь же эта опора становится менее надежной, что принципиально меняет конфигурацию стратегических планов. Ключевым фактором становится способность всех участников международной политики адекватно оценивать риски и избегать сценариев, ведущих к неконтролируемой эскалации.
