Кирилл велел Полине собирать вещи и забирать своего ребенка. Он повторял, что цирк окончен, и им здесь больше не место.
Муж кинул на стол белый конверт, но жена даже не обернулась, продолжая помешивать мясо на сковороде.
Кирилл подошел к ней ближе и спросил, не оглохла ли она. От него пахло коньяком. Поля ответила, что дожарит мясо и они поговорят.
В дверном проеме нарисовался Артем, старший брат Кирилла, за спиной стояла его жена Лариса. Он робко предположил, что в лаборатории могли ошибиться.
Кирилл вспылил и закричал, что у мальчика темные глаза, а в его породе все светлоглазые. Полина ответила, что у ее деда были карие глаза.
Муж огрызнулся, что он не дурак, и добавил, что и Артема проверил, — вдруг жена крутит с ним, пока он на вахте.
Кирилл рванул край конверта, бумага с треском поддалась. Он вытащил лист бумаги и начал читать.
«Вероятность отцовства — 0%». Он победоносно вскинул руки.
Но триумф длился недолго. Взгляд Кирилла скользнул ниже, и улыбка медленно сползла с его лица, превращаясь в гримасу полного непонимания.
Лариса выхватила у него бумагу, и ее глаза резко поползли вверх от увиденного.
«На основании анализа дополнительных маркеров… — начала она читать вслух, чеканя слова. — Вероятный отец — ваш родной брат».
Все головы в комнате синхронно повернулись к Артему.
Лариса взвизгнула и со всего маху ударила мужа сумочкой по плечу. Артем лишь произнес, что это не то, что они думают.
Полина смотрела на этот балаган с невозмутимостью сфинкса. Она достала из кармана фартука телефон, разблокировала экран и открыла календарь за прошлые годы. Она попросила Кирилла вспомнить май 2018 года.
Тогда муж переболел свинкой с тяжелыми осложнениями, врачи говорили, что детей у него, скорее всего, не будет.
Лариса перестала колотить Артема и навострила уши, ловя каждое слово.
Полина напомнила мужу, что тогда он беспробудно пил и сам лично умолял Артема не дать их роду прерваться.
Артем шумно выдохнул, словно сбросил с плеч мешок с цементом. Они действительно пошли в клинику и договорились, что об этом никто не узнает.
Кирилл побледнел до синевы. Он опустился на табуретку, будто у него перерезали поджилки.
Жена напомнила ему о том, что когда родился сын, супруг подумал, что это чудо. И вот, когда малыш подрос и стал не похож на него, он вдруг решил поиграть в сыщика.
Кирилл бросился к жене просить прощения. Зато, говорил он, это их кровь, и все удачно сложилось.
Лариса схватила мужа за рукав и потащила к выходу. Хлопнула входная дверь. Кирилл остался сидеть на табуретке, сдувшийся, маленький и жалкий. Вся его спесь улетучилась вместе с парами алкоголя.
Полина выключила сковороду и ушла в комнату. Вернулась она уже с сумкой через плечо. В руках она крепко сжимала ключи от машины.
«Я от тебя уезжаю, мы с Мишей поживем у мамы на даче», — сказала супруга.
Кирилл остался один в душной кухне. Он медленно подошел к холодильнику. Под дурацким магнитиком из Анапы висел листок из детского альбома. Кривой человечек с огромными мускулами и широкой улыбкой держал за руку маленького человечка. Подпись была выведена старательными, пляшущими буквами: «Папа самый сильный».
Кирилл сполз по стенке холодильника на пол, закрывая лицо руками. В коридоре еще висел запах духов жены, а на плите остывали котлеты, которые теперь он будет есть один.
