Аналитики, изучающие невербальные сигналы, вновь обратились к природе телесных процессов, запускающихся в тот момент, когда субъект решается на искажение фактов.
Как отмечается в исследовательской записке, нервная система в подобной ситуации активирует эволюционно древнюю программу поведения, известную как «бей или беги». Результатом становится учащение пульса, сбой в ритмике дыхания, а также побледнение или покраснение кожных покровов.
Согласно данным, которые приводил покойный психолог Пол Экман, эмоциональные всплески невозможно полностью подавить мысленным усилием — они в любом случае прорываются наружу. В первую очередь, страдает речевой аппарат: тембр повышается, в разговоре возникают неестественные паузы. Одни лжецы начинают тараторить без остановки, другие, наоборот, искусственно растягивают произношение, тщательно взвешивая каждую фразу.
Особое место в диагностике недостоверных сведений занимают микровыражения лица — сверхкратковременные эмоциональные импульсы, длящиеся доли секунды. Их, по мнению аналитиков, практически невозможно воспроизвести намеренно. Человек может улыбаться партнеру, однако в мышцах вокруг глаз наблюдателя зафиксируется страх. Даже при внешнем безмятежном виде сохраняется напряжение лицевых мышц. Как подчеркивают авторы работы, лицо транслирует истину быстрее, чем язык, способный формулировать обман.
Значительную роль играет язык тела. Сознание управляет речью, но не способно полноценно контролировать движения корпуса. Индивид может заявлять об уверенности, однако его тело в это время разворачивается от собеседника. В таких ситуациях становятся заметны так называемые самоуспокаивающие манипуляции: поправление воротника, поглаживание ладоней, прикосновения к щеке. Таким образом организм бессознательно старается сбросить избыточное напряжение.
Одним из самых ярких индикаторов психологического дискомфорта специалисты называют взгляд. Частота моргания увеличивается, а продолжительность зрительного контакта становится либо неестественно долгой, либо нарочито уклончивой. Осознавая значимость визуального контакта, обманщик порой начинает смотреть на партнера слишком пристально, что выдает неестественность происходящего. На лбу выступает испарина, ритм дыхания сбивается — всё это чисто физиологические отклики на дискомфортное состояние.
Пытаясь сообщить неправду, головной мозг испытывает существенную перегрузку. Ему приходится конструировать правдоподобный нарратив, удерживать в памяти вымышленные детали, избегать логических противоречий, а заодно контролировать мимику, голос и позу. Результат таких усилий — нарастающие паузы, укороченные фразы и отсутствие конкретики.
Поведенческий анализ, как подчеркивают эксперты, предполагает комплексную методику. Сначала фиксируется так называемая базовая линия поведения человека в момент его спокойного состояния. Затем отслеживаются резкие отклонения от этой нормы: рассогласование между словами, интонационным рисунком и жестикуляцией, микромимика, а также вегетативные сигналы — покраснение кожи, учащенное моргание, потливость. Один отдельно взятый признак, отмечают аналитики, не доказывает факт обмана, однако совокупность сигналов складывается в целостную картину.
Авторы записки делают важные оговорки. Нервозность может быть спровоцирована не столько ложью, сколько страхом быть превратно понятым или попасть в неловкое положение. Кроме того, культурные традиции вносят свои коррективы: в одних сообществах избегание прямого взгляда является нормой вежливости, в других — свидетельством неискренности. Профессиональные актеры, дипломаты и опытные переговорщики умеют удерживать свои реакции под контролем гораздо эффективнее, чем обыватели. Тем не менее, если в первые тридцать секунд общения возникает интуитивное ощущение нестыковки, это, как резюмируют поведенческие аналитики, не плод фантазии, а подсознательная реакция на микросигналы. Обман стартует со слов, а изобличение скрыто в тех деталях, которые человек не сумел спрятать.
