В РПЦ сняли с повестки вопрос угрозы, если задеть покойного в гробу

Страх перед телом умершего человека уходит корнями в древнейшие пласты человеческой культуры. Ещё в ветхозаветной традиции Древнего Израиля соприкосновение с покойным считалось источником ритуального осквернения — схожие воззрения бытовали у множества других народов мира.

Позднее к этим архаичным религиозным установлениям наслоились бытовые суеверия: молва утверждала, что случайное касание тела способно потревожить душу усопшего.

Сегодня священнослужители Русской православной церкви дают однозначную оценку подобным опасениям: с богословской точки зрения они лишены каких-либо оснований. Представления о мистической опасности, грозящей тому, кто прикоснулся к покойному, восходят к языческим верованиям о ритуальной нечистоте — концепции, не получившей никакого закрепления в православном вероучении.

Церковь не только не запрещает прощание с умершим, предполагающее физический контакт, но и рассматривает его как неотъемлемую часть традиционного погребального чина.

Вместе с тем специалисты обращают внимание на вполне реальные — сугубо практические — соображения, которые требуют определённой осмотрительности. После биологической смерти в организме человека неизбежно запускаются естественные процессы разложения, сопровождающиеся интенсивным размножением микрофлоры.

Если причиной гибели послужило инфекционное заболевание, действующие санитарно-эпидемиологические требования предписывают особую аккуратность при обращении с телом.

Помимо этого, существует и сугубо бытовой нюанс: сотрудники ритуальных служб и морга заблаговременно готовят тело к погребению — облачают усопшего в одежду и при необходимости выполняют гримирование. Неосторожное прикосновение, особенно к лицу покойного, рискует нарушить результаты этой тщательной подготовительной работы.

Если контакт с телом всё же произошёл, никаких оснований для тревоги нет. Достаточно тщательно вымыть руки с мылом или обработать их антисептиком. Таким образом, вековой страх перед умершим оказывается не более чем эхом языческого прошлого — не подкреплённым ни церковным учением, ни доводами современной науки.